![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Лежу на диване, завернувшись в ее японский халат. Она любит дорогие вещи и хорошо в них разбирается. Аккуратна… как аккуратны кошки. Я небрежна; после моего отъезда она собирает забытые мелочи и складывает в когда-то оставленную мной ивовую корзину. Там они тихо живут, ожидая возвращения хозяйки.
Ее вещи не имеют права слова и всегда безмолвны. Она расстается с ними без сожалений. Она всегда расстается без сожалений.
Итак, на диване, - холодный шелк халата, ее лицо за дохлыми гвоздиками в вазе, распахнутая дверь на балкон, темнеет. Запах Temptation совсем ей не идет. Это духи для барышни, лишь недавно изведавшей тайны секса и лишь вчера научившейся искусству предательства. А она… она живет, привыкнув к своей красоте и не считая нужным думать о ней.
.
Лениво швыряет в меня яблоком - она не выбирала его, взяла то, что лежало с краю. Почему-то ее мужчины всегда уродливы и не блещут умом. Она имеет возможность выбора, но не пользуется ею. Берет то что лежит ближе к краю.
Мы победители поневоле, нам не идут победы и торжество. Тогда, на Лиговке, когда у нас хотели отнять машину с водкой, была эйфория драки, мои руки были разбиты в кровь тяжелыми стальными перстнями; я кричала и была безобразна, потом меня свалили, ударив головой о стену. Она отбивала меня монтировкой и петлей. Поэтическая белая ночь, июнь, сирень, вой ментовских сирен.
Ее вещи не имеют права слова и всегда безмолвны. Она расстается с ними без сожалений. Она всегда расстается без сожалений.
Итак, на диване, - холодный шелк халата, ее лицо за дохлыми гвоздиками в вазе, распахнутая дверь на балкон, темнеет. Запах Temptation совсем ей не идет. Это духи для барышни, лишь недавно изведавшей тайны секса и лишь вчера научившейся искусству предательства. А она… она живет, привыкнув к своей красоте и не считая нужным думать о ней.
.
Лениво швыряет в меня яблоком - она не выбирала его, взяла то, что лежало с краю. Почему-то ее мужчины всегда уродливы и не блещут умом. Она имеет возможность выбора, но не пользуется ею. Берет то что лежит ближе к краю.
Мы победители поневоле, нам не идут победы и торжество. Тогда, на Лиговке, когда у нас хотели отнять машину с водкой, была эйфория драки, мои руки были разбиты в кровь тяжелыми стальными перстнями; я кричала и была безобразна, потом меня свалили, ударив головой о стену. Она отбивала меня монтировкой и петлей. Поэтическая белая ночь, июнь, сирень, вой ментовских сирен.
