(no subject)

Погано-безголосый джазик в Eeslitall, все время ждали- когда же они перестанут?! В Борьке проснулся самурай и он стал было подползать к ближайшему кабелю, чтобы выдернуть его из сети. Но тут принесли еще пива.

Впервые увидела, как очень голодный человек засыпает над едой (общая изнуренность, вздрюч и т.д.)

Полицейский обнаружил, что у Р. просрочены права- аминь, решили мы, это стоит от трех до пяти, кажется? - но всего лишь предупреждение плюс сдача экзаменов и не нежиться мне на пассажирском сиденьи (недели две или три).

(Ну, гулена, к станку.)

Аня_Аня_Аня,

ПОЗДРАВЛЯЮ С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ!

в строчках волн
запятые чаек
изменяют смысл

Прыжок лягушки
в старый пруд запечатлен
на пленке "Фудзи".
Картинка совершенна,
но где же всплеск в тишине?

***Жизненная книга***

и она пошла
за снусмумриком следом
в драных хакама

(no subject)

Тихие компании по двое-трое тихо бредут метрах в ста от берега, иногда наклоняются за раковиной или камушком. Задумчивые собаки трусят по берегу параллельным курсом.

Мы прошли от "Русалки" до яхт-клуба по гладкой серебристой воде. Песчаные волнистые ребрышки на дне, раздавленные раковинки и совсем мало водорослей. Сонно, тепло, бредово.

Нещастные москвичи или Погода по ICQ

Dust: (9:49 PM) Да мне уже хто-то говорил по телефону, что в этом желе и время должно останавливаться....

Красивые картинки

Рыжая-прерыжая девочка из Сууре-Яани торгует клубникой и букетиками (ромашки-васильки-колоски ржи).

Час ночи на террасе "Веллингтона": вазоны с мелко вьющимся цветочным бредом и трогательные деревянные домики с мансардами - это слева, а справа полированный "Рэдиссон-САС" с цветной подсветкой. Напротив меня двое : мужчина и женщина. Оба невероятно, ослепительно красивы, - они из тех, на кого оглядываются на улице.
Проигравшие.
И потом эта теплая ночь, коварное итальянское вино и провальная безнадега ситуации, как они думают : разница в их возрасте - поколение. Они потрясены друг другом, смущены и пытаются выйти из шока необязательным разговором. За мной приехали. А они остались на той террасе.

На зализанном морем песке старик чертит палкой чьи-то абрисы, шаржи, - и вдруг вижу ту самую линию, ту самую, что в божьем росчерке - от иероглифов до Модильяни.


Глаз не терпит всего этого и требует снизить жанр. Значит, нужно отвернуться. Или счесть небывшим.