(no subject)
Oct. 25th, 2002 10:48 pmПятница, вечер. В аське никого.
На экскурсию с классом: Хельсинки, Стокгольм. Три дня, паромами. Не то чтобы боялась отпустить, а какой-то неуют чувствуется. Будто смогу защитить, если буду рядом.
Они всегда росли как трава. Читали правильные книги. Самостоятельные и никогда не теряются. Я лишь присутствую на горизонте (как страховка).
(Не спит и еще долго не будет; кучи листвы, а те, что на дорожках, уже черны и по черному вкрапления желудей - их много, очень много - и каштанов, конечно. Лиственницы в бледно-желтом пушке поглотили шум и по ковру неслышно, ступая по-балетному, носок-пятка, носок-пятка, - темнеет и скоро луна, скоро остановка и передышка на ничьей земле).
На экскурсию с классом: Хельсинки, Стокгольм. Три дня, паромами. Не то чтобы боялась отпустить, а какой-то неуют чувствуется. Будто смогу защитить, если буду рядом.
Они всегда росли как трава. Читали правильные книги. Самостоятельные и никогда не теряются. Я лишь присутствую на горизонте (как страховка).
(Не спит и еще долго не будет; кучи листвы, а те, что на дорожках, уже черны и по черному вкрапления желудей - их много, очень много - и каштанов, конечно. Лиственницы в бледно-желтом пушке поглотили шум и по ковру неслышно, ступая по-балетному, носок-пятка, носок-пятка, - темнеет и скоро луна, скоро остановка и передышка на ничьей земле).