(no subject)
Jun. 14th, 2003 12:05 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
seannФлаги с траурными лентами (сегодня - День депортации) под утренним солнцем - ирония, раздражение и т.п. Напроминание о жертвах? Если и было, то выродилось в небессмысленный ритуал напоминания особости, обособленности, разделения общества. Выгоды, ежегодно вытапливаемые из праха жертв.
Но утро прелестно, цвета ярки, сирень, каштаны, ароматы, декоративные груды фруктов и разного овоща, блистают вымытые стекла и музыка - о, музыка.
Тот, кто родился в моем квартале, имеет все шансы вырасти, состариться и умереть, не покидая его пределы. Здесь сотни лавочек, два рынка и два банка, почта-аптека и куча всяких мастерских и прочих сервисов.
Возле осененного траурными флагами рынка, раскрашенного в веселенькие цвета, явились музыканты, разложили на фигурных плитках свое барахлишко и урезали залихватски - на фоне реггея были различимы слова, выкрикиваемые глумливым голосом - "Давайте жить в мире! Нет- наркотикам! Нет - злу и смерти! Радуйтесь жизни!" и т.п. - и припев: "Па-а-артия божия, божия, божия! Па-а-а-ртия божия, партия Христа!"
Рядом со мной девица в шляпке с бахромой, лет этак пяти, дожимает отца на кукольный сервиз (продавщица сервиза тактично отвернулась и поводит бедрами в согласии с музыкой), а папаша пытается откупиться мороженым, но ничего у него не выйдет, ничего! Торговцы, отвешивая глянцевые помидоры, пузатые кабачки и корзинки с клубникой, переступают в ритм, шутят, подначивают; дети стараются подобраться поближе и потрогать блестящие кнопочки, гитарист сквозь улыбку делает строгие глаза.
Какой к едреням траур?
Но утро прелестно, цвета ярки, сирень, каштаны, ароматы, декоративные груды фруктов и разного овоща, блистают вымытые стекла и музыка - о, музыка.
Тот, кто родился в моем квартале, имеет все шансы вырасти, состариться и умереть, не покидая его пределы. Здесь сотни лавочек, два рынка и два банка, почта-аптека и куча всяких мастерских и прочих сервисов.
Возле осененного траурными флагами рынка, раскрашенного в веселенькие цвета, явились музыканты, разложили на фигурных плитках свое барахлишко и урезали залихватски - на фоне реггея были различимы слова, выкрикиваемые глумливым голосом - "Давайте жить в мире! Нет- наркотикам! Нет - злу и смерти! Радуйтесь жизни!" и т.п. - и припев: "Па-а-артия божия, божия, божия! Па-а-а-ртия божия, партия Христа!"
Рядом со мной девица в шляпке с бахромой, лет этак пяти, дожимает отца на кукольный сервиз (продавщица сервиза тактично отвернулась и поводит бедрами в согласии с музыкой), а папаша пытается откупиться мороженым, но ничего у него не выйдет, ничего! Торговцы, отвешивая глянцевые помидоры, пузатые кабачки и корзинки с клубникой, переступают в ритм, шутят, подначивают; дети стараются подобраться поближе и потрогать блестящие кнопочки, гитарист сквозь улыбку делает строгие глаза.
Какой к едреням траур?
