(no subject)

День на крыльях.
Уже с утра захотелось постоять на голове, но времени до московского поезда было в обрез. Красиво вышла из ситуации, содрав с вешалки огненную блузу нежнейшего шелка с невероятным числом странноватых мелких пуговок. Ко всем чертям с матерями серое, черное, кремовое, скромное. У нас весна или что?!

У выхода на перрон стоял белый лимузин.

Проводница чуть не рыдала, отдавая сумку с книгами Раисы Белоусовой, взяла 50 крон вместо обещанных ста и сказала, что читала всю ночь. "Вот Орбакайте привезли; черта ли в ней, в дрыгалке этой? А тут такие люди, а тут такая женщина. Где ж эти книги купить можно?"
Сказала, где можно купить.

Старый город просыпается поздно и кофе пришлось пить в Раэ, - пока я искала в меню горячие булочки, Р. стащил из сумки номер "Консерватора", присланный Раисой.
Еще там лежала шоколадка.

Не утерпела и прочитала немного, совсем немного из самиздатовской книжки.
Сначала потрясение: так вот как выглядит положенный на бумагу ЖЖ!
Буйство чудесное.

(no subject)

У консерваторского верстальщика уже, наверно, суббота. Шедевр.

Белоусова

Какая проза. Нет, чудо же.

АСТ ее изуродовал нещадно, а вот самиздатовский том - что-то невероятное.
То, что никогда не получалось у меня. Монолог, где есть место встречной реплике.
Книга-спрут: затягивает и не отпускает, но дышится в ней легко (воздушные потоки).
Позвонила и выклянчила еще два тома.
Поговорили.

Тайна! Тайна!

Ну вот, Мугуляры едут завтра в Дахаб! А ведь мы еще даже не начали его пиарить.