(no subject)
Aug. 28th, 2002 11:14 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
seannЛибертинство пленяет, да, - но все, что не вызывает вопросов, очень быстро становится скучным. Запреты провоцируют идеи и действия, так что многая им лета. Запретам.
Лысые от засухи тополя перебирали жестяными листьями и никаких блюзов, просто покой и воля. Ее разноцветные глаза нелюбопытны и не зовут к откровенности, просто ощущение, что приперли к стене и нет выбора. "Говори", - такой вот бессловесный приказ. Ничего страшного, никаких проблем и вовсе не плакал ржавой слезой замусоренный фонтан.
На этот раз она везла меня окольными путями и на невсамделишных трущобах и заборах были буквы: Севзапканат, Радиаторы-и-Конвекторы, Шиномонтаж-Авторезина. Потом невсамделишное прерывалось и вырастала многоэтажка, а на пыльной обочине спала, обняв мяч, девочка лет десяти. Перекрыта дорога на Петергоф, если в Стрельну - объезд через Красное село и еще показала: вот тут лет сто или больше живут те самые стрельнинские цыгане, - но измотанный регулировщик закрутил палкой и нужно было дальше и скорей, пока не засигналили сзади, из длиннющего хвоста. Сорок минут пыльно-бензиновой жары, но это уже потом, на другом перекрестке.
В конце концов она вывернула направо и мы понеслись по полю и по выгоревшей траве.
Заброшенная Александрия, игрушечная псевдоготика Капеллы, под дубком против дворца могилка "садового мастера" с немецкой фамилией. Трое нас было, трое.
Лысые от засухи тополя перебирали жестяными листьями и никаких блюзов, просто покой и воля. Ее разноцветные глаза нелюбопытны и не зовут к откровенности, просто ощущение, что приперли к стене и нет выбора. "Говори", - такой вот бессловесный приказ. Ничего страшного, никаких проблем и вовсе не плакал ржавой слезой замусоренный фонтан.
На этот раз она везла меня окольными путями и на невсамделишных трущобах и заборах были буквы: Севзапканат, Радиаторы-и-Конвекторы, Шиномонтаж-Авторезина. Потом невсамделишное прерывалось и вырастала многоэтажка, а на пыльной обочине спала, обняв мяч, девочка лет десяти. Перекрыта дорога на Петергоф, если в Стрельну - объезд через Красное село и еще показала: вот тут лет сто или больше живут те самые стрельнинские цыгане, - но измотанный регулировщик закрутил палкой и нужно было дальше и скорей, пока не засигналили сзади, из длиннющего хвоста. Сорок минут пыльно-бензиновой жары, но это уже потом, на другом перекрестке.
В конце концов она вывернула направо и мы понеслись по полю и по выгоревшей траве.
Заброшенная Александрия, игрушечная псевдоготика Капеллы, под дубком против дворца могилка "садового мастера" с немецкой фамилией. Трое нас было, трое.
