Гаспаров и дамы

[seann]

Откуда у Г. такая неприязнь к Ахматовой? И отчего он не стыдится, отчего выпячивает это чувство так, что неловко читать? Любое лыко ставится в строку, любой поступок перетолкован вкривь (или нет, но не это важно). Лично он с ней знаком не был, но изо всех свидетельств и легенд выбирает те лишь, где А. смешна, глупа либо откровенно позирует. Даже ее аграфию (пропуски слогов) припомнил. С наслаждением ловит на заимствованиях (истинных или воображаемых), дергает, тычет, - словом, "стаскивает с трона", позабыв, что с трона Ахматову задолго до него стащили поклонники и авторы мемуаров.

О Цветаевой говорит с меньшей неприязнью и с меньшей издевкой, но и здесь доходит едва ли не до анекдота: У самой Ц. в "Федре" предфинальная служанкина строчка (...) копирует последнюю строчку парабазы в "Лягушках" в переводе Пиотровского, опубликованном лишь позже." (И дальше о том, что вряд ли Пиотровский мог в 1930 г. читать "Совр. записки", - подразумевая, что Цветаева могла быть знакома с его черновиками, подглядев их из Москвы или Парижа.)

(На страницах пятна от пальцев в соке шелковицы и розовые лепестки из садика в Мэнсфилд-колледже. А может, это были розы в Гайд-парке, осыпавшиеся от самого легкого ветерка. Запах роз чувствовался несколько часов, или это только казалось.)